Однако и после всех этих макроновских звонков Запад по-прежнему слышит звон, но делает вид, что не в курсе, откуда он. У него ополченцы привычно обстреливают сами себя, в том числе, получается, уже и снарядами натовского образца.
Весь воскресный день Эммануэль Макрон просидел на телефоне. Если бы не тревожный драматизм текущего политического момента, это можно было бы представить сценой из известной у нас комедии: "Алло, Галочка, ты сейчас умрешь. Якин бросил свою кикимору, ну и уговорил меня лететь в Гагры". Но в том-то и дело, что президент Франции тоже сменил профессию. Чтоб ничего не пропустить, сам выступил режиссером. Ну или, как минимум, модератором. 1 час 45 минут разговаривал с Владимиром Путиным. Затем полчаса с Владимиром Зеленским. Потом поболтал с Олафом Шольцем и Борисом Джонсоном. Затем на 15 минут переключился на Джо Байдена.
Когда он уже ночью снова набрал Кремль, могло показаться, что пошел на второй круг. Тем паче, что это опять длилось долго – в районе часа. Но нет – на том и остановился. Ощущение, будто он вначале получил в Москве не только разъяснения, но и распоряжения, чем он должен заняться, выполнил и так же детально отчитался. Поскольку лишь один человек знает, что к чему. И что больше всего беспокоит остальных, знает не только все о них, но и что с ними будет, если продолжат плохо себя вести. Хотя все же очевидно, других вариантов нет: если кто-то упирается рогом, то надо его обломать.
Вряд ли Эммануэль был способен объяснить это всем своим, поэтому и нельзя сказать, что его телефонная активность как-то изменила ситуацию на линии соприкосновения. Эвакуация женщин и детей продолжается круглые сутки. В самопровозглашенных ЛНР и ДНР погибли еще несколько абсолютно мирных человека. В Донецке обстреляны две школы. Однако и после всех этих макроновских звонков Запад по-прежнему слышит звон, но делает вид, что не в курсе, откуда он. У него ополченцы привычно взрывают сами себя, в том числе, получается, что уже и снарядами натовского образца.
А после Мюнхенской конференции по безопасности, которую вполне можно переименовать в "Мюнхенский сговор", учитывая то, как пестовали там Зеленского(он, кстати, для более точного попадания в образ еще и на собственное ФАУ-2 намекнул), лишь усилились сомнения в том, что с этими ребятами стоит вступать в какой-либо пакт. Но Путин все-таки дал принципиальное согласие на встречу с Байденом. В Елисейском дворце это представили, как итог дипломатических усилий его хозяина. Белодомовская Псаки, правда, тут же объяснила, что саммит состоится только при условии, если…, три-четыре, можно вместе: "Россия не вторгнется на Украину".
Очень, между прочим, существенное уточнение. А главное – неожиданное. Особенно если вспомнить, что по их расчетам мы уже должны были разграбить Киев, расстрелять всю демократическую общественность и восстановить СССР. Они, впрочем, и теперь уверяют, что мы сделаем это в ближайшие дни. Врут, конечно, привычно. Но мыслят в правильном направлении. Человеческие жизни для нас несоизмеримо важнее встречи с тем, кому на них абсолютно наплевать. Пусть само ожидание этого саммита и должно символизировать то, что надежда на дипломатию еще не умерла. Но есть ли смысл терпеть до последнего, если уже умирают люди?
О событиях в мире откровенно, остро, на грани – в авторском Телеграм-канале Михаила Шейнкмана.