Макрон, конечно, переживет – и не такие пощечины сносил. Однако надо быть крайне уверенным в себе, чтобы не бояться под президентские выборы нажить себе в СМИ врагов. Или наоборот – неуверенным.
Этот его приезд в Страсбург намечался триумфальным. Потому что грех было не воспользоваться таким совпадением. Начатое 1 января полугодовое председательство Франции в Евросоюзе как раз приходится на президентские выборы в Пятой республике. И хотя Эммануэль Макрон еще не объявил о своем выдвижении на второй срок официально, именно эта его речь в Европарламенте по случаю вступления страны в права главного дежурного по ЕС, очевидно, должна была стать программным прологом к активной избирательной кампании. А трибуна – той самой стартовой печкой.
Он постарался. Зажег. И о диалоге с Россией говорил, и о самостоятельности Европы, и о необходимости вооружаться тоже, чтобы не зависеть от США. В общем, как обычно, много на себя взял. И даже больше, учитывая, что он же теперь один такой остался. Ангела Меркель ушла, а с Олафом Шольцем пока не достигли того уровня взаимопонимания и "химии". Выглядело все это у него, впрочем, весьма презентабельно. А потом случилось это. Он не то, что рта открыть не успел, не вошел еще даже, когда представители европейских СМИ дружно встали и покинули его пресс-конференцию. Именно потому, что осталось от нее только название.
В последний момент им сообщили, что формат пересмотрен. Интерактив отменяется, планируется только заявление президента и все. А зачем оно нам, решили они, если, во-первых, мы уже все слышали; во-вторых, поэтому знаем, что нет там того, о чем мы хотели бы услышать. "После нескольких часов ожидания мы узнаем, что вопросов не будет. Мы вышли из зала", – c досадой написал в соцсетях один из журналистов. Сам Макрон, ничуть не смутившись, напомнил, что он еще в декабре "уже все рассказал" прессе о приоритетах председательства Франции в ЕС. Из чего следовало, что ни о чем другом он разговаривать с ней в Страсбурге все равно не собирался.
Вообще, его отношения с массмедиа и прежде особо не складывались. Причем это у них взаимно. Но чтобы коллективный демарш… Он, конечно, переживет – и не такие пощечины сносил. Однако надо быть крайне уверенным в себе, чтобы не бояться под президентские выборы нажить себе в СМИ врагов. Или наоборот – неуверенным. Ведь зато он лишил их возможности использовать каждое его слово против него. Он же, вероятно, именно поэтому не произнес его даже в защиту своей супруги.
Брижит пришлось самой на всю страну объявлять, что она никакой не трансгендер – это нехорошие и злые люди вскрыли ее генеалогическое древо и сделали из нее ее брата. И она, естественно, понимает, что срубить пытались не столько ее, сколько ту самую новую ветвь, которая оказалась хоть и властной, но для семьи тупиковой. Впрочем, судя по тому, что отросток этот так и не заступился за свою жену, не ветвь, получается, он вовсе...
Автор Михаил Шейнкман, радио Sputnik
О событиях в мире откровенно, остро, на грани – в авторском Телеграм-канале Михаила Шейнкмана.