Жгли его в Европарламенте исключительно глаголом, но уже казалось, что еле-еле душа в Борреле. Горел от стыда так, будто не Боррель он, а баррель. Палец приложи – ожог будет. Пальцем, впрочем, на него лишь указывали.
Испанец по крови ‒ глава дипломатии ЕС Жозеп Боррель, ‒ хоть и должен был бы с молоком матери впитать священный ужас перед ересью, но, наверное, только теперь понял, как на самом деле страшна инквизиция. Потому что на собственной шкуре. Жгли его в Европарламенте, правда, исключительно глаголом, но уже, казалось, что еле-еле душа в Борреле. Горел от стыда он так, будто не Боррель, а баррель. Палец приложи – ожог будет. Пальцем, впрочем, в него лишь тыкали, прикасаться брезговали. Вдруг это заразно.
Между прочим, зря они так. Ему оставалось разве что стать перед ними на колени и запричитать, мол, простите меня, люди добрые, дурака грешного. Хотя он и без этого полностью оправдался за свою поездку в Москву. Ему, конечно, все равно выразили свое аутодафе, но это ему даже пошло на пользу – воспрянул, словно птица Феникс. И уже даже самые отъявленные прибалты с поляками ‒ и те своей одной на всех антироссийской извилиной должны бы понять, что он выполнял в тылу врага особую миссию: казачка засланного.
Работал под прикрытием голубя мира. Перья ему, конечно, пощипали, но так было задумано. Зато вернулся в Брюссель стреляным воробьем. Поскольку это не Лавров над ним издевался, а совсем наоборот. Боррель молча вынес не только обиду, но и ценную информацию. О том, например, что России плевать на европейские нравоучения, и она все равно останется сама собой. Поэтому совсем не важно, хотел ли он на самом деле как лучше, если получилось как всегда. Он сам не только категорически выступает за новые санкции, но собирается лично их подготовить.
Классика. Мало вырваться из "логова" неприятеля живым. Надо еще доказать, что тебя не перевербовали. "Я внесу конкретные предложения, используя свое право законодательной инициативы", ‒ не ограничивается Жозеп одним анонсом, дополняя его для увесистости призывом ко всем государствам содружества "обеспечить свое единство и солидарность перед лицом России". Потому что никакой он не мягкий по отношению к ней. Он самый что ни на есть черствый. Как тот хлеб, которым убить можно. Он – сухарь. Сухари – это же сейчас именно то, что нужно их Навальному.
А в Москву, само собой, он больше не ездок. Во-первых, там его уже раскрыли. Во-вторых, ему и так впечатлений на всю оставшуюся жизнь хватит. Всего одна командировка, а уже неделю его фамилия не сходит с первых европейских полос. Он затмил собой даже коронавирус. Во всяком случае, для русофобов. Да что пресса, откройте Википедию – в статье о нем его последний визит занимает едва ли не больше места, чем вся его предыдущая биография. Ведь хоть и дослужился до Верховного представителя ЕС по внешней политике, а звезд-то с неба не хватал.
Зато прежде хоть создавал видимость серьезного человека. А теперь ходячий анекдот. "Ты кто?" ‒ спросила ворона у воробья. "Я – орель", ‒ гордо, но как-то неуверенно ответил тот. "А почему такой жалкий?" "Боррель".
Автор Михаил Шейнкман, радио Sputnik
Коротко и по делу. Только отборные цитаты в нашем Телеграм-канале.