Юзеф Пилсудский - могильщик Польши

Автор Владимир Бычков, радио Sputnik Черчилль верно подметил: "всегда существовали две Польши: одна из них боролась за правду, а другая пресмыкалась в подлости". Эта политика дважды приводила Польшу к уничтожению. Об этом – в очередном выпуске авторской программы Владимира Бычкова "Российская летопись". В мае 1935 года скончался Юзеф Пилсудский, первый глава возрожденного Польского государства. Именно он во многом виноват в том, что Польша вновь потеряла свою государственность: первый раз это произошло в 1795 году, второй раз – в 1939-м... Когда разговор заходит о Польше, то лучше всего начинать с конца, с эпилога. Вот, например, что пишет У. Черчилль в книге "Вторая мировая война": "Героические черты характера польского народа не должны заставлять нас закрывать глаза на его безрассудство и неблагодарность, которые в течение ряда веков причиняли ему неизмеримые страдания. В 1919 году это была страна, которую победа союзников... превратила в независимую республику. Теперь, в 1938 году, из-за такого незначительного вопроса, как Тешин (аннексия Польшей части территории Чехословакии, – прим.), поляки порвали со всеми своими друзьями во Франции, в Англии и в США... Мы увидели, как теперь, пока на них падал отблеск могущества Германии, они поспешили захватить свою долю при разграблении и разорении Чехословакии... Нужно считать тайной и трагедией европейской истории тот факт, что народ, способный на любой героизм... постоянно проявляет такие огромные недостатки во всех аспектах своей государственной жизни... Храбрейшими из храбрых слишком часто руководили гнуснейшие из гнусных! И всегда существовали две Польши: одна из них боролась за правду, а другая пресмыкалась в подлости". А если бы Черчилль был лучше знаком с политическими традициями Польши, тогда бы он вспомнил, что там, например, есть такая старинная, прочно вошедшая еще в XVI веке в сознание (и деяния!) поляков поговорка: Polska stoi nierzadem, то есть "Польша стоит беспорядком". И гимн страны тоже начинается весьма "оптимистично": Jeszcze Polska nie zginela – "Еще Польша не погибла". Только в контексте польской истории не совсем понятно: это утверждение или все-таки вопрос?.. А еще есть немецкое ироничное выражение Polnische Wirtschaft – польское хозяйство. В переносном смысле – бестолковщина, бардак и полное отсутствие нормального государственного устройства. Это – и liberum veto, и выборность короля. Поэтому не удивительно, что в 1794 году Польша перестала существовать: после третьего раздела между Санкт-Петербургом, Берлином и Веной она исчезла с карты Европы. Но даже сейчас, спустя два с лишним столетия, поляки никак не хотят понять очевидную истину: Польшу уничтожили вовсе не соседи, а сами поляки, они ее предали, поставив личные амбиции выше государственных интересов. Но урок не пошел на пользу, и в 1939 году Польша и ее власти повторят на бис "трюк" 1794 года. Все началось с того, что Юзеф Пилсудский неумело и неумно попытался лавировать между Антантой, Деникиным и большевиками. Цель была понятна – оторвать от бывшей Российской империи кусок пожирнее. Позднее в "Очерках русской смуты" А.И. Деникин напишет: "Мое признание независимости Польши было полным и безоговорочным". И что же в этой ситуации делает Пилсудский? Вступает в секретные контакты с большевиками через Ю. Мархлевского, польского коммуниста. Договорились: Красная армия приостанавливает активные боевые действия на советско-польском фронте, а поляки отказываются от поддержки белых. В Варшаве говорили: "Содействие Деникину не соответствует польским государственным интересам". В скобках замечу, что поляки не хотели и слишком быстрого развала Белого движения. Оно было нужно для того, чтобы оттягивать на себя значительные силы большевиков. И в это же самое время Пилсудский заверял Антанту в поддержке Белого движения. В этой предательской политике "и нашим и вашим, и споем и спляшем" не было ни капли здравого смысла, как и, скажем, в фантастическом проекте "Междуморье". А умнее ли были фантазии и прожекты польских панов предыдущих столетий? Деникин позднее напишет: "Прием, к которому прибегли тогда руководители польской политики в русском вопросе, чтобы не допустить победы Белого движения, за что теперь расплачивается польский народ, даже в глубоких сумерках современной политической морали представляет собой явление необычное". Расплата наступила неминуемая и быстрая. Пилсудский, конечно, что-то такое подозревал насчет амбиций Третьего рейха, даже заключил с Гитлером в 1934 году пакт о ненападении. Пустое! Находясь рядом с фюрером, нельзя строить никаких долгосрочных планов. Впрочем, Чемберлен оказался еще глупее Пилсудского. Британский премьер в Мюнхене говорил Гитлеру: "Германия и Англия являются двумя столпами, поддерживающими мир порядка против разрушительного напора большевизма", и поэтому он "желает не сделать ничего такого, что могло бы ослабить тот отпор, который мы можем вместе оказать тем, кто угрожает нашей цивилизации". В апреле 1939 года Советский Союз предлагал Парижу и Лондону заключить договор о военной взаимопомощи против Третьего рейха. Но британцы и французы, повязанные обязательствами с Гитлером, намеренно затягивали переговоры. Позднее президент США Ф. Рузвельт не без ехидства скажет: англичане вели себя так, будто речь идет не о важнейшем международном договоре, а о покупке восточного ковра на базаре: придираются к каждой мелочи и прибавляют по пенсу через полчаса... Нынешние польские власти не любят вспоминать о пакте Гитлера-Пилсудского. Но факт остается фактом. Вначале Польша пошла на сближение с Гитлером, потом Лондон и Париж почли за благо заключить Мюнхенский сговор. И что оставалось делать после этого Москве? Попытаться хоть как-то оттянуть войну. К сожалению, надолго не удалось… Весной 1939 года вместо Чехословакии появились протекторат Богемии и Моравии и марионеточная Словацкая республика. А в сентябре прекратила существование и Польша, что стало справедливым возмездием за бесконечные предательства (в первую очередь – Белого движения) Пилсудского и прочих правителей. Для Гитлера Польша оказалась легкой прогулкой. Героическое, но неравное сопротивление поляков продолжалось всего месяц (на танки бросали кавалерию!). А еще раньше окончания блицкрига, 17 сентября 1939 года, польское правительство ударилось в бега. И в этот же день советские войска вошли в Западную Белоруссию и Западную Украину, заселенные в основном этническими белорусами и украинцами. Красную армию встречали с ликованием. И в этом нет ничего удивительного. Польша, веками мечтавшая об экспансии на востоке, при этом всячески подавляла на присоединенных территориях все непольское и некатолическое. Ненависть к полякам в ее же украинских и белорусских землях были сильнее ненависти к немцам. Когда Германия напала на Польшу, отряды, составленные из западноукраинских казаков, отказались воевать. Но Польшу история так ничему не научила. Сегодня многие польские политики говорят о мифической российской экспансии. И при этом продолжают мечтать о некоей своей "исторической миссии на востоке". Интересно, а почему они уверовали в незыблемость границы по Одеру и Нейсе (установленной, кстати, по воле Сталина)? Ведь могут придти совсем другие времена и другие правители. И повторится все, как встарь: 1794-й или 1939 год. Впрочем, какая полякам разница! Polska stoi nierzadem... В этом выпуске вы также услышите: – Афанасий Лаврентьевич Ордин-Нащокин. – Московский комендант Иван Крестьянович Гессе.

audio/mpeg

Юзеф Пилсудский - могильщик Польши

Автор Владимир Бычков, радио Sputnik Черчилль верно подметил: "всегда существовали две Польши: одна из них боролась за правду, а другая пресмыкалась в подлости". Эта политика дважды приводила Польшу к уничтожению. Об этом – в очередном выпуске авторской программы Владимира Бычкова "Российская летопись". В мае 1935 года скончался Юзеф Пилсудский, первый глава возрожденного Польского государства. Именно он во многом виноват в том, что Польша вновь потеряла свою государственность: первый раз это произошло в 1795 году, второй раз – в 1939-м... Когда разговор заходит о Польше, то лучше всего начинать с конца, с эпилога. Вот, например, что пишет У. Черчилль в книге "Вторая мировая война": "Героические черты характера польского народа не должны заставлять нас закрывать глаза на его безрассудство и неблагодарность, которые в течение ряда веков причиняли ему неизмеримые страдания. В 1919 году это была страна, которую победа союзников... превратила в независимую республику. Теперь, в 1938 году, из-за такого незначительного вопроса, как Тешин (аннексия Польшей части территории Чехословакии, – прим.), поляки порвали со всеми своими друзьями во Франции, в Англии и в США... Мы увидели, как теперь, пока на них падал отблеск могущества Германии, они поспешили захватить свою долю при разграблении и разорении Чехословакии... Нужно считать тайной и трагедией европейской истории тот факт, что народ, способный на любой героизм... постоянно проявляет такие огромные недостатки во всех аспектах своей государственной жизни... Храбрейшими из храбрых слишком часто руководили гнуснейшие из гнусных! И всегда существовали две Польши: одна из них боролась за правду, а другая пресмыкалась в подлости". А если бы Черчилль был лучше знаком с политическими традициями Польши, тогда бы он вспомнил, что там, например, есть такая старинная, прочно вошедшая еще в XVI веке в сознание (и деяния!) поляков поговорка: Polska stoi nierzadem, то есть "Польша стоит беспорядком". И гимн страны тоже начинается весьма "оптимистично": Jeszcze Polska nie zginela – "Еще Польша не погибла". Только в контексте польской истории не совсем понятно: это утверждение или все-таки вопрос?.. А еще есть немецкое ироничное выражение Polnische Wirtschaft – польское хозяйство. В переносном смысле – бестолковщина, бардак и полное отсутствие нормального государственного устройства. Это – и liberum veto, и выборность короля. Поэтому не удивительно, что в 1794 году Польша перестала существовать: после третьего раздела между Санкт-Петербургом, Берлином и Веной она исчезла с карты Европы. Но даже сейчас, спустя два с лишним столетия, поляки никак не хотят понять очевидную истину: Польшу уничтожили вовсе не соседи, а сами поляки, они ее предали, поставив личные амбиции выше государственных интересов. Но урок не пошел на пользу, и в 1939 году Польша и ее власти повторят на бис "трюк" 1794 года. Все началось с того, что Юзеф Пилсудский неумело и неумно попытался лавировать между Антантой, Деникиным и большевиками. Цель была понятна – оторвать от бывшей Российской империи кусок пожирнее. Позднее в "Очерках русской смуты" А.И. Деникин напишет: "Мое признание независимости Польши было полным и безоговорочным". И что же в этой ситуации делает Пилсудский? Вступает в секретные контакты с большевиками через Ю. Мархлевского, польского коммуниста. Договорились: Красная армия приостанавливает активные боевые действия на советско-польском фронте, а поляки отказываются от поддержки белых. В Варшаве говорили: "Содействие Деникину не соответствует польским государственным интересам". В скобках замечу, что поляки не хотели и слишком быстрого развала Белого движения. Оно было нужно для того, чтобы оттягивать на себя значительные силы большевиков. И в это же самое время Пилсудский заверял Антанту в поддержке Белого движения. В этой предательской политике "и нашим и вашим, и споем и спляшем" не было ни капли здравого смысла, как и, скажем, в фантастическом проекте "Междуморье". А умнее ли были фантазии и прожекты польских панов предыдущих столетий? Деникин позднее напишет: "Прием, к которому прибегли тогда руководители польской политики в русском вопросе, чтобы не допустить победы Белого движения, за что теперь расплачивается польский народ, даже в глубоких сумерках современной политической морали представляет собой явление необычное". Расплата наступила неминуемая и быстрая. Пилсудский, конечно, что-то такое подозревал насчет амбиций Третьего рейха, даже заключил с Гитлером в 1934 году пакт о ненападении. Пустое! Находясь рядом с фюрером, нельзя строить никаких долгосрочных планов. Впрочем, Чемберлен оказался еще глупее Пилсудского. Британский премьер в Мюнхене говорил Гитлеру: "Германия и Англия являются двумя столпами, поддерживающими мир порядка против разрушительного напора большевизма", и поэтому он "желает не сделать ничего такого, что могло бы ослабить тот отпор, который мы можем вместе оказать тем, кто угрожает нашей цивилизации". В апреле 1939 года Советский Союз предлагал Парижу и Лондону заключить договор о военной взаимопомощи против Третьего рейха. Но британцы и французы, повязанные обязательствами с Гитлером, намеренно затягивали переговоры. Позднее президент США Ф. Рузвельт не без ехидства скажет: англичане вели себя так, будто речь идет не о важнейшем международном договоре, а о покупке восточного ковра на базаре: придираются к каждой мелочи и прибавляют по пенсу через полчаса... Нынешние польские власти не любят вспоминать о пакте Гитлера-Пилсудского. Но факт остается фактом. Вначале Польша пошла на сближение с Гитлером, потом Лондон и Париж почли за благо заключить Мюнхенский сговор. И что оставалось делать после этого Москве? Попытаться хоть как-то оттянуть войну. К сожалению, надолго не удалось… Весной 1939 года вместо Чехословакии появились протекторат Богемии и Моравии и марионеточная Словацкая республика. А в сентябре прекратила существование и Польша, что стало справедливым возмездием за бесконечные предательства (в первую очередь – Белого движения) Пилсудского и прочих правителей. Для Гитлера Польша оказалась легкой прогулкой. Героическое, но неравное сопротивление поляков продолжалось всего месяц (на танки бросали кавалерию!). А еще раньше окончания блицкрига, 17 сентября 1939 года, польское правительство ударилось в бега. И в этот же день советские войска вошли в Западную Белоруссию и Западную Украину, заселенные в основном этническими белорусами и украинцами. Красную армию встречали с ликованием. И в этом нет ничего удивительного. Польша, веками мечтавшая об экспансии на востоке, при этом всячески подавляла на присоединенных территориях все непольское и некатолическое. Ненависть к полякам в ее же украинских и белорусских землях были сильнее ненависти к немцам. Когда Германия напала на Польшу, отряды, составленные из западноукраинских казаков, отказались воевать. Но Польшу история так ничему не научила. Сегодня многие польские политики говорят о мифической российской экспансии. И при этом продолжают мечтать о некоей своей "исторической миссии на востоке". Интересно, а почему они уверовали в незыблемость границы по Одеру и Нейсе (установленной, кстати, по воле Сталина)? Ведь могут придти совсем другие времена и другие правители. И повторится все, как встарь: 1794-й или 1939 год. Впрочем, какая полякам разница! Polska stoi nierzadem... В этом выпуске вы также услышите: – Афанасий Лаврентьевич Ордин-Нащокин. – Московский комендант Иван Крестьянович Гессе.

audio/mpeg

Радио Спутник

internet-group@rian.ru

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Владимир Бычков

https://cdn.radiosputnik.ru/images/147864/47/1478644726_749:0:3743:2994_100x100_80_0_0_905ee0b9ba84015abc1396146c74b9f7.jpg

Владимир Бычков

https://cdn.radiosputnik.ru/images/147864/47/1478644726_749:0:3743:2994_100x100_80_0_0_905ee0b9ba84015abc1396146c74b9f7.jpg

Радио Спутник

internet-group@rian.ru

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

1920

1080

true

1920

1440

true

1920

1920

true

Радио Спутник

internet-group@rian.ru

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Владимир Бычков

https://cdn.radiosputnik.ru/images/147864/47/1478644726_749:0:3743:2994_100x100_80_0_0_905ee0b9ba84015abc1396146c74b9f7.jpg

В эфире, Подкасты – Радио Sputnik, Российская летопись, В мире, история, Берлин (город), Вена, Польша, Англия, Первая мировая война (1914-1918), Антанта, Юзеф Пилсудский