Когда у лидера левоцентристской партии "Кахоль-Лаваль" Бени Ганца оставались сутки на формирование кабинета, президент Израиля Реувен Ривлин уже объявил, что не станет, хотя по rонституции мог бы, продлевать его мандат еще на две недели. И совсем не потому, что эти сутки выпали на 13 апреля, а в их палестинах, не в обиду арабам будь сказано, это число стараются не замечать. Просто глава государства не заметил и никаких перспектив у оппозиционера. Как бы тот его ни убеждал в обратном, но все еще действующему премьер-министру Ривлин поверил больше.
А Биньямин Нетаньяху накануне не подтвердил близость сторон к созданию правительства национального единства. Еще бы, если он только того и ждал, чтобы это сказать. Ведь теперь круг замкнулся. И опять на нем. Хотя, пожалуй, еще никогда он так не переживал за свою судьбу. Когда третьи за год выборы в кнессет завершились с тем же результатом, президент решил поэкспериментировать и доверил организацию большинства не Нетаньяху, как всегда, а его конкуренту. У того было 28 полноценных дней. Плюс 14, если глава государства сочтет их необходимыми. Не счел.
Несмотря на то, что на прошлой неделе в Израиле действительно заговорили о возможной сделке между, как их называют, Бени и Биби. При этом готовность сотрудничать с Нетаньяху стоила Ганцу раскола в его собственном блоке. От него ушли две партии. И он еще удивляется, почему премьер со своим "Ликудом" в последний момент тоже его кинул? Нетаньяху перехитрил своего менее искушенного в политических баталиях оппонента. Ганц в прошлом сам был стратегом, возглавлял Генштаб, но на войне как на войне: точно знаешь, где друг, а где враг. Тут же вроде как все заодно. Даже арабы несколько притихли перед угрозой пандемии.
Он потому и пошел на компромисс, что премьер сам его искал, уверяя, что не время сейчас конфликтовать – родина в опасности. Однако 16 марта Ганц впервые первым открыл коалиционные переговоры, а через два дня Нетаньяху, сославшись на контакты с одним из своих министров, у которого диагностировали коронавирус, отправил себя на карантин. Не то чтобы самоустранился, но самоизолировался. Затем уже по другой, но такой же уважительной, причине еще на две недели продлил себе удовольствие понаблюдать за усилиями Ганца на удаленке. Что не мешало ему руководить страной и твердой рукой выстраивать ей линию защиты от эпидемии.
Теперь Ганц и без правящего большинства, и без союзников по оппозиции. А Нетаньяху, как минимум, при своих. Он играл в поддавки, пока у его противника оставались на доске ресурсы. Но переход хода возвращает его к классическим шашкам. Которые наголо. Он вновь становится для Израиля единственной надеждой. И теперь уже его очередь спрашивать у Ганца: ну, так вы будете покупать, или мне забыть за вас навсегда?
Автор Михаил Шейнкман, радио Sputnik
