Вот они и договорились. Не в том смысле, что Россия разрывает с Польшей дипломатические отношения. Хотя, есть, конечно, соблазн. Но мы и тогда не обобщали – знали, что в их семье не без уродов и антисемитов, но освобождали ее, как родную. И сейчас не станем из-за отдельных русофобов отворачиваться от всей страны. Даже несмотря на то, что они там – власть. Премьер Моравецкий решил, что пришел его черед сказать всю "правду" о войне, Москве и Холокосте. Вовремя. В Израиле как раз Международный форум памяти. 45 глав государств. А президента Дуды нет. Он в Давосе. Обиделся, что Путин в Иерусалиме выступит, а ему слова не дали.
Моравецкий доказал, что правильно сделали. Показал их общее место в истории. В годовщину освобождения Освенцима выкатился с ее трактовкой в журнале Politico как яичко к Христову дню. Только яичко сырое, чтобы даже тот, кто его разбивает, запачкался. Соприкасаться с этой субстанцией неприятно, но таков удел врачей. Мы вылечили мир от коричневой чумы, и от польской очистим. Теперь ей можно дать имя собственное, чтобы не очернять всю Польшу. Моравецкая язва. Как моровая, она тоже заразна, если пренебрегать гигиеной сознания. Оболочку оставляет, но уничтожает память, совесть, порядочность. Жить можно. Оставаться человеком – уже нет.
И это опять мы постарались. Открыли документы, то есть пролили свет на события тех лет, вот из их официальных лиц и полезла всякая нечисть. Хотя средь них и прежде попадались ментальные монстры. Был у них главой МИД некто Схетына. Считал, что русские никакого отношения к освобождению Освенцима не имеют, потому что это сделали этнические украинцы. Фронт-то, пояснял он, был Первый Украинский. Моравецкий не такой примитивный. Во-первых, армию-освободительницу называет правильно – Красной. Во-вторых, не благодарит индейцев. Это же они краснокожие.
Он, впрочем, и нас не поблагодарил. Так уж и быть, согласился, Красная армия освободила узников Аушвица. А в голове, наверное, было "к сожаленью, Красная армия". Но написал без сожаления, мерзко и низко. Как-то, говорит, подозрительно поздно она это сделала. Могли, говорит, на полгода раньше, но "летом 1944-го встали в 200 километрах от концлагеря, задержав наступление и предоставив немцам время на отход и организацию маршей смерти до января 1945 года". И вообще, говорит, "спасение евреев никогда не было приоритетом Сталина и Красной армии".
И ведь он даже не историк. Не то что не еврей. Тем более, еврей в то время и в той Польше. Просто каждый пишет, как он дышит. Даже если пишет гадости о тех, благодаря кому он дышит. В боях за Польшу, в том числе и в 200 километрах от Освенцима, погибло около 600 тысяч советских солдат. Этот факт Моравецкий не учел. Стало быть, следующая его статья будет о том, что им просто надо было лучше прятаться от пуль. Как, например, это сделало до сих пор почитаемое Варшавой польское правительство в изгнании, наблюдавшее за тем, что происходило со страной, из Лондона.
Но мы все равно не пожалеем о том, что сделали. Даже несмотря на то, что без нас эти самые дуды с моравецкими и не родились бы. Нас еще Козьма Прутков предупреждал, что дураки пользуются и не благодарят. Они, конечно, на это ума хватит, возразят, что он русский, а русским верить нельзя. Но Станислав Лем поляк. И это он тоже про них. Может быть, дураков не становится больше, но они становятся все активнее.
Автор Михаил Шейнкман, радио Sputnik
Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен и присоединяйтесь к нашему Telegram-каналу.