Двадцать седьмого августа 1836 года родился писатель Петр Дмитриевич Боборыкин, ныне основательно подзабытый. Он – автор таких известных романов как "Китай-город" и "Василий Теркин".
Нет, боборыкинский Василий Теркин – это не храбрый и жизнерадостный солдат, а коммерсант. По словам Горького, Боборыкину первому в русской литературе удалось воспроизвести облик просвещенного, политически мыслящего купца, который, сам выйдя из народа, хочет "дать полный ход всему, что в нем кроется ценного, на потребу родным угодьям и тому же трудовому и обездоленному люду".
Есть такие писатели, которых критики и читатели не ставят в разряд классиков, но без которых нельзя себе представить литературно-исторический процесс. Таковы, скажем, Вельтман, Сенковский, Булгарин, Боборыкин.
Петр Дмитриевич прожил долгую и насыщенную многими интересными событиями жизнь. Он родился в Нижнем Новгороде в родовитой дворянской семье. Образование получил в Казанском и Дерптском университетах. В Санкт-Петербурге выдержал кандидатские экзамены по разряду административных наук. Он превосходно владел многими языками, объездил всю Европу. Боборыкин был исключительно эрудированным и образованным человеком. Его вполне можно назвать философом, экономистом, искусствоведом, театралом. Умнейший собеседник и блестящий рассказчик.
Да и дебют его в литературе был триумфальным. А начал он с драматургии еще в студенческие годы. Первые же его пьесы – "Фразеры", "Однодворец", "Ребенок" – были поставлены на столичной сцене, вызвали одобрительные отзывы публики и критики. И его первый роман "В путь-дорогу" тоже был принят хорошо. Но вот деловой жилки у Боборыкина не было, хотя многие его произведения как раз и посвящены коммерсантам, промышленникам и купцам. Удачным и не очень.
К последним принадлежал и сам Петр Дмитриевич. В 27 лет он стал редактором-издателем популярного журнала "Библиотека для чтения". Но журнальный магнат из него не вышел. Он только ввел себя в крупные расходы и потратил на издание почти все наследство.
Известно, что Петр Дмитриевич пустил в оборот слово "интеллигенция". А может быть, выражение "артист погорелого театра" тоже как-то связано с ним и его коммерческими затеями?
Но при этом Бобрыкин сотрудничал с лучшими журналами: "Отечественные записки", "Вестник Европы", "Русская мысль". Он был чрезвычайно плодовит. Романы сыпались из него как из рога изобилия: "Земские силы", "Жертва вечерняя", "Дельцы", "Китай-город", "Тяга"… А еще он писал и в "малых" формах: повести, рассказы, пьесы, труды по истории русской и европейской литературы.
Свой творческий процесс Петр Дмитриевич объяснял по-детски просто: "Замысел является мне, конечно, неожиданно, непроизвольно и в образах, причем всегда вокруг общей творческой идеи… Я беру какое-нибудь явление, какую-нибудь "полосу жизни" и записываю одной фразой; большей частью эта отметка служит мне заглавием предстоящего романа".
В журналах его любили и очень ценили, поскольку Боборыкин был неизменным и обязательным их "вкладчиком". Даже была, можно сказать, заведена традиция – начинать журнальный год с какого-нибудь произведения Петр Дмитриевича. Он был весьма популярным автором, несмотря ни на какую критику.
Но братья по цеху его не очень жаловали. Печатно они называли Боборыкина несколько двусмысленно, но корректно: "маститый романист", "почтенный автор". А непублично – "Пьер Бо-Бо", "нана-туралист", "Боборыша". А один раз Боборыкина все-таки удостоили звания "великого романиста". Так его назвал Эмиль Золя, приславший поздравительную телеграмму к 40-летию литературной деятельности Петра Дмитриевича. Правда, Золя тут же оговорился: "я страшный невежда, по-русски не читаю и не могу судить о нем и высказывать свое суждение"… Согласитесь, это похоже, скорее, на издевательство, нежели на дифирамбы.
За что не жаловали Боборыкина коллеги? Его имя стало символом торопливости, плодовитости, фактографичности и сиюминутности. Петр Дмитриевич как бы соревновался с самим собой и со временем, всегда пытался писать на "злобу дня". Не было такой житейской темы, которая бы не получила отражение в его произведениях. Тут все смешалось: земцы, крестьяне, рабочие, купцы, студенты, деятели искусства, журналисты-поденщики, сектанты, чиновники… Даже буддисты!
Язвительный Тургенев как-то написал Салтыкову-Щедрину: "Я легко могу представить Боборыкина на развалинах мира, строчащего роман, в котором будут воспроизведены самые последние "веяния" погибающей земли. Такой торопливой плодовитости нет другого примера в истории всех литератур! Посмотрите, он кончит тем, что будет воссоздавать жизненные факты за пять минут до их нарождения".
Коллеги по литературному цеху даже приписывали Боборыкину якобы произнесенный им афоризм: "Пишу много, быстро и хорошо".
И все-таки приведу о Петре Дмитриевиче другие слова: "Боборыкин замечательно чуток. Это заслуга. Я предлагаю его к избранию в почетные члены Академии наук. Если это можно, то я повторяю это предложение шесть раз". Так написал о Боборыкине Лев Николаевич Толстой, который, как известно, не слишком любил хвалить своих собратьев-литераторов.
Те же Некрасов и Салтыков-Щедрин, хоть и посмеивались над Боборыкиным, исправно и охотно из года в год печатали его произведения в "Отечественных записках". А Чехов назвал Петра Дмитриевича "добросовестным тружеником", романы которого дают большой материал для изучения эпохи…
Боборыкин весьма вовремя покинул Россию. Его стороной обошли и Первая мировая война, и революции, и гражданская война. Он тихо угас в 1921 году в швейцарском городке Лугано за несколько дней до своего 85-летия.
И все-таки Боборыкин навсегда вошел в сокровищницу русской литературы как автор "Китай-города" – одного из лучших романов о Москве. В нем, в частности, описан изобретенный писателем закусочный салат "ерундопель", который необходимо есть вперемежку с водкой и "лампопо"…
О чем это я? А почитайте роман. В нем Боборыкин подробно расписал рецепт "ерундопеля" и "лампопо". В русской литературе можно вспомнить еще, пожалуй, только одного любителя подобных "изяществ" – Венедикта Ерофеева. Его коктейль "слеза комсомолки", право слово, высший пилотаж!
В этом выпуске вы также услышите:
– "Яко един камень". История Успенского собора Московского Кремля.
– Василий Блаженный.
– Первая победа русского флота.
У радио Sputnik отличный паблик в Facebook, а для тех, кто предпочитает отечественное, – "ВКонтакте" и Одноклассники.
Есть еще Instagram, где все ярко и наглядно. Обещаем!