Почти все герои фильма "Мира" – реальные люди, живущие в Донбассе: словак Мира, приехавший из Англии, чтобы познакомиться с девушкой по переписке, местные жители Архип и Александр Иванович. Вместе они занимаются реставрацией заброшенных советских памятников.
В интервью радио Sputnik Денис Шабаев – автор документальной ленты "Вместе" (2014), получившей приз "Лавровая ветвь" на "Артдокфесте" и премию за лучший неигровой фильм на фестивале "Святая Анна" – рассказал о причинах, которые побудили его снимать фильм о событиях в Донбассе. "Мира" – вторая полнометражная картина режиссера. Первым полным метром Дениса Шабаева стала "Чужая работа", два года назад завоевавшая приз за лучший дебют и диплом Гильдии киноведов на "Кинотавре-2016".
– Почему вы решили взяться за тему Донбасса?
– Наверное, у меня был личный мотив, желание разобраться, что же это. То, что там действительно происходит, нельзя оценить адекватно, исходя из новостей. Мне кажется, в каждой семье после 2014 года пролегла вот эта грань, граница – как и кто относится к событиям на Украине. Мы совершенно не разговариваем на эту тему с моим отцом, потому что у нас диаметрально противоположные точки зрения.
– В семьях сейчас часто так происходит.
– Да, и даже многие разводятся, насколько я знаю, есть истории, когда люди разводились из-за позиции по Крыму, например. Изначально был посыл – попытаться разобраться. И пользуясь тем, что есть возможность снимать документальное кино, я туда поехал, тем более, мой хороший друг уехал жить в Донбасс. Не воевать, а просто жить, рядом с войной. В 2014 году уехал, сдал свою квартиру в Москве и снимает там. Ему там хорошо. И он не хочет возвращаться.
– Чем он занимается?
– Ничем, просто живет. Поет песни, сочиняет стихи. Ему хорошо рядом с войной, много таких людей, как оказалось. Людей, которые когда-то поучаствовали в каких-то конфликтах, или потерянных людей. Они приезжают в эту несуществующую страну – и необязательно воюют, могут просто там жить.
– Сколько вы провели там времени?
– До начала съемок я туда ездил, наверное, в течение почти года.
– С главным героем вы там познакомились?
– Первый раз я увиделся с ним в Москве, я про него слышал там.
– Это реальный человек, да?
– В фильме он переписывается с девушкой и приезжает, чтобы познакомиться с ней. У него действительно была такая история?
– Это как раз из придуманного, но он действительно хотел встретить женщину, с которой ему было бы хорошо. Он ее встретил, но не сложилось.
– Сценарий все-таки был, вы не только "подглядывали" за жизнью?
– Сценарий был, но сценарий пишется и для документального кино. Придуманного текста, написанных реплик никаких нет.
– А монологи Миры?
– Это его монологи. Ничего нет, что бы мы ему вкладывали. Может быть, есть вещи спровоцированные, или когда мы подводили его к каким-то монологам, но в документальном кино тоже так делают. Как раз хотелось сохранить реальность, язык, настоящую документальную основу.
– У него, Миры, довольно длинные монологи. Как вы его направляли?
– Он вообще разговорчивый. Из-за того, что у него очень сильно меняется настроение, он говорит разные вещи.
– Он уже посмотрел фильм?
– Нет, не смотрел, мы его только доделали.
– Как думаете, понравится ему?
– Я думаю, что, возможно, ему не понравится. Вообще это нормально, когда героям не нравится то, что получилось. И я практически уверен, Мира, наверное, рад, что снимался в фильме, но я не уверен, что ему понравится.
– Вы взяли жизнь людей и сделали из нее кино. Насколько людям интересно смотреть на себя? Или им больше нравятся придуманные истории?
– Но люди там продолжают жить, работать…
– Да, продолжают, многие уехали, а кому – некуда? Они заложники этой войны, этой ситуации. Александр Иванович, наш герой, шестым записался в отряд Стрелкова. Он все это рассказывал, он прошел все эти события. Их было 20 человек, они поехали и взяли город, им раздали автоматы, и они таким маленьким составом захватили город. На самом деле, процент людей, которые воюют там за какие-то идеалы, совсем небольшой, в основном люди просто вынуждены жить в этих условиях.
– Вы следили за судьбой своих героев, чем они сейчас занимаются?
– Александр Иванович работает осветителем в филармонии. Архип был осужден по какой-то статье. На какое-то время пропал, но, по-моему, у него условный срок, что-то сложное с ним происходит. Мира, насколько я знаю, вернулся в Англию, работает на складе грузчиком. Он действительно человек-бродяга, он очень много бродяжничал по Европе, спал в спальном мешке. Человек без дома, без семьи. Мне кажется, он даже боится какой-то привязанности, какого-то места, где ему нужно зафиксироваться, жить, что-то делать. Он постоянно в движении. В его судьбе довольно много пятен, и я досконально не могу сказать, что – правда, а что – нет.
– Ваши герои занимаются тем, что восстанавливают памятники, в частности, Ленину. Как появился такой сюжетный ход?
– Тема витала в воздухе, я ее предложил, Мира с радостью ее встретил, он сказал – это именно то, чем он хотел бы заниматься.
– Памятники нашли на месте?
– Нам помогли, местный Союз художников. Какой-то памятник Ленину валялся в кустах, разбитый на несколько частей, и замечательный художник Валера Архипов все это склеил. Памятник шахтерам тоже дали в Союзе художников Луганска, он где-то у них на складах стоял.
– То есть, на самом деле, их там нет?
– Нет, они есть, стоят поломанные. Их подкрашивают, их не сносят, иногда даже охраняют. Но в процессе сьемок мы поняли, что эти символы уже не работают, никому Ленин не нужен. Люди давно уже прожили, пережили это все. Наш герой – Архип, ему 25 лет. Он поразил нас тем, что спросил – а кто такой Ленин? Вот Сталина он знал, а Ленина – нет. Подходили люди, кто-то считал, что это Чехов. И когда мы разбили голову Ленина, которую нам тоже помогли скульптуры сделать, разбили ее в центре города, никого это абсолютно не волновало – ну, разбили Ленина.
– Следующий фильм у вас будет игровым или документальным?
– Я хотел бы продолжить совмещать игровое кино с документальным, делать микс. То, что жизнь может принести в фильм, невозможно написать, невозможно сыграть по-настоящему искренне.
– Я не знаю, честно, потому что очень сложная тема, и фильм сложный. То есть какой-то прокат будет, но не широкий.
– А в Донбасс повезете?
– Не знаю еще, вопрос – как его там воспримут. Кто-то из патриотических людей сегодня подошел и сказал, что это супер патриотическое кино. Потом ко мне подошла какая-то женщина и сказала – как тебе не стыдно? То есть люди с одной позицией, но совершенно по-разному фильм воспринимают. И я совершенно не скрывал своих либеральных позиций, когда все это снимал. Получался диалог, не было отторжения или негатива.
– Хватает ли сегодня сюжетов для документальных фильмов?
– Мне кажется, безумное количество сюжетов. Очень интересное время, его интересно фиксировать, пытаться понять, осмыслить. Документальное кино сложно снимать, потому что нет индустрии. Все, кто этим занимается, ведут полумаргинальное существование, занимаются служением этому делу. Но зато есть безумный драйв и удовольствие от того, что ты не зря живешь.
У радио Sputnik отличный паблик в Facebook, а для тех, кто предпочитает отечественное, — "ВКонтакте".
Есть еще Twitter, где все кратко, но емко. Обещаем!