Потому что, заставив лидера США расписаться в собственном бессилии, истеблишмент только перешел границу. А теперь он приступает к оккупации. Последовательно, пядь за пядью, лишает главу государства пространства для маневра. Кроме капитуляции. По любому поводу. Сенаторы же в безусловном межпартийном консенсусе подготовили еще и два законопроекта, которые не позволят Трампу уволить спецпрокурора по "российскому делу" Роберта Мюллера. Неважно, что в Белом доме уверяют – у его хозяина и мыслей таких нет. Главное, ему запретят даже думать.
Плюс к этому конгресс США собирается заставить Пентагон, вопреки договору с Россией о ликвидации ракет средней и малой дальности, начать их разработку. И плевать палате представителей, что об этом думает верховный главнокомандующий. На него ведь она уже один раз нашла управу. Теперь знает, что надо делать. И дальше превращать Трампа в неодушевленный предмет. Скажем, в сургучную печать. Без нее ведь тоже ни один документ не обойдется. Но совсем не она решает, когда ее опустят.
Хотя, с другой стороны, в этом стремлении американской элиты выбить из Дональда всю его "блажь" и заставить его слушать то, что ему говорят, есть что-то отеческое. Надо же позаботиться о том, кто остается совсем один дома. Поэтому и волнуются сенаторы перед отпуском: в Белый дом никого не впускать, дверь не открывать, красную кнопку не нажимать, варенье не трогать. До варенья, впрочем, еще не добрались. Но, в принципе, почему бы и нет. Они вполне могут запретить ему писать в Twitter, играть в гольф, звонить Путину (судя по тому, как работает служба утечки, у него это не получится даже тайно).
В конце концов, запретят ему быть президентом. А зачем им президент, который ничего не способен сделать самостоятельно. Все ему подсказывать надо. Прямо как родителям несмышленому ребенку. Правда, приемным родителям. Таким же, как американские супруги Флинн, которых как раз сейчас судят за то, что десять лет насиловали усыновленного мальчика. Но Трампу это не грозит. Он, похоже, и четырех лет не выдержит.
Тем паче, что он уже, как президент Молдавии. Тот тоже в своей стране практически ничего не решает. Но тот хотя бы по конституции, а этот вопреки ей. Хотя для психологии это уже детали. Для нее важно появление новой метафоры для сравнения оптимиста с пессимистом. Стакан наполовину пуст или наполовину полон. Коньяк пахнет клопами или клопы коньяком. Все это неактуально. Оптимист от пессимиста отличается тем, что первый видит в президенте Молдавии президента США, а второй – наоборот.
Автор Михаил Шейнкман, радио Sputnik
Подписывайтесь на канал радио Sputnik в Telegram, чтобы у вас всегда было что почитать: злободневное, интересное и полезное.