Автор Максим Марков
Американский конгрессмен обрушился на Совет управляющих по вопросам вещания. Эдвард Ройс предложил разогнать правительственное агентство за недостаточный профессионализм и набрать настоящих специалистов. По его словам, сотрудники этого совета не справляются с "серьезной угрозой" – российскими СМИ. С этим мнением соглашается и The Washington Times. Американские журналисты пишут, что рост популярности российской прессы – революция в мире международных СМИ. Для Москвы это победа, для Вашингтона, наоборот, серьезный удар.
Издание замечает, что изменения обозначились не вчера. Развитие и рост российских СМИ начались сразу после конца "холодной войны". В США же наоборот, потеря основного противника в лице СССР вызвала спад интереса к работе в мировом информационном пространстве. В итоге заокеанские СМИ стали терять "хватку" и постепенно сдали свои позиции. Сейчас это заметили и в Вашингтоне.
Среди всех российских СМИ The Washington Times определила два источника информации, которые доставляют особую головную боль зарубежным чиновникам. Такой лестной оценки удостоились телеканал RT и агентство Sputnik. Оба СМИ получили такую "рекомендацию" от зарубежных коллег за свою работу на многих языках и огромную аудиторию. Справедливости ради надо сказать, что для своих – американских слушателей и читателей – в Штатах качественного контента хватает. А вот иновещание хромает.
Американская точка зрения на то или иное международное событие доходит до потребителей информации плохо. И вызывает вопросы. С другой стороны, российские СМИ всегда готовы представить взгляд из Москвы на все мало-мальски заметные мировые события не только на русском, но и на многих других языках. В итоге получается, что сейчас имеет место уже не борьба пропагандистов, а скорее здоровая конкуренция. И Москва в этом противостоянии выигрывает. В Вашингтоне это, похоже, еще не осознали – и действуют по привычке. Думая в основном о том, как бы запретить или ограничить российские СМИ. Но вот сработает ли такой устаревший подход в эру интернета и свободного обмена информацией? Вряд ли. Так что, может быть, стоит, наконец, признать, что время эксклюзивного права США на "истину в последней инстанции" давно прошло?