Автор Дмитрий Геер
Конфликт вокруг Фолклендских (Мальвинских) островов эксперты называют одним из самых заметных событий британской внешней политики второй половины прошлого века. Он до сих пор далек от разрешения. Единственным важным отличием от всех остальных подобных территориальных конфликтов является то, что он не имеет кровопролитного продолжения.
История этих островов насчитывает примерно четыре века. С 1765 года они принадлежали Испании. Однако в 1820 году после провозглашения независимости о своих претензиях на эти территории заявили Объединенные провинции Ла Платы (именно так называлась тогда будущая Аргентина). Через девять лет там высадился аргентинский военный губернатор с небольшим отрядом солдат. Но уже в 1833 году на Мальвинские (как их называли и испанцы, и британцы) острова пришли английские суда, которые и объявили архипелаг британским владением. Примечательно, как во всей этой истории повели себя США, ранее провозгласившие доктрину Монро, отмечает директор научно-информационного центра Института Латинской Америки РАН Александр Харламенко:
"Острова находятся в южной Атлантике, поблизости от берегов Аргентины, в пределах ее континентального шельфа. Однако в 1838 году Великобритания военным путем захватила этот архипелаг. Причем, США, за девять лет до этого выдвинувшие доктрину Монро, по которой они обязывались защищать все американские государства от любой агрессии, исходившей из Европы, не выполнили этих своих обязательств и фактически даже способствовали захвату островов Великобританией".
Вся это история получила продолжение в 20 веке. В середине века Аргентина усилила работу на дипломатическом уровне, чтобы таким образом ликвидировать колониальный режим на Фолклендах и распространить свои права на острова. Уже в 1972-м Аргентина построила там аэродром и установила телефонную связь, спустя несколько лет началось и научное сотрудничество. Однако с приходом Маргарет Тэтчер отношения серьезно ухудшились. А военное правительство Аргентины во главе с президентом – генералом Леопольдо Галтьери – перешло к решительным действиям.
В итоге на острова пришел на 74 дня кризис: именно столько дней стороны вели ожесточенную борьбу с применением самых современных вооружений и большого количества войск и техники. Так, в боевых действиях с обеих сторон приняли участие до 60 тысяч человек, свыше 180 кораблей, 350 боевых самолетов и вертолетов. И хотя Великобритании удалось взять верх, даже англичане стали называть этот кризис не иначе как "эта отвратительная небольшая война". После этого Лондон выбрал хитрую политическую тактику, которая позволяет сохранять нынешнее положение вещей, но не помогает уладить непростые отношения с Аргентиной, заключает заведующий сектором исследований Европейского союза ИМЭМО РАН Юрий Квашнин:
"Это типичный замороженный конфликт. Ясно, что никто за Фолкленды воевать не будет. Тем не менее, Аргентина поднимает этот вопрос в международном плане, настаивая на том, что эти острова принадлежат ей. И выражает всяческое неудовольствие в связи с тем, что на Фолкленды приезжают высокопоставленные британские деятели. Что касается британцев, то у них позиция такая: Фолклендские острова – это заморская британская территория до тех пор, пока местные жители выступают за это".
Эта политическая уловка позволяет британцам даже идти на открытое нарушение договоренностей, добавляет Александр Харламенко:
"Со стороны Великобритании никакой доброй воли не проявляется. В Лондоне прибегают к хитрой уловке, говорят, что жители Фолклендских островов должны воспользоваться правом на самоопределение. Насчитывается там несколько тысяч жителей, практически все они заняты обслуживанием британских военных баз и, естественно, не хотят менять сложившееся положение, которое для них достаточно выгодно. В то же время Великобритания нарушила условия переговоров – не разрабатывать природные ресурсы спорной территории в одностороннем порядке. Особенно ресурсы на шельфе вокруг островов.
Не стоит также забывать и о том, что от этих островов буквально рукой подать до Антарктиды. Из этого эксперты делают вывод о том, что в Великобритании очень хорошо помнят, что владение этими землями дает все основания предъявлять в будущем претензии на куски "антарктического пирога". Пока же президент Аргентины Кристина Фернандес де Киршнер назвала эти острова "ядерной базой НАТО". Так что теперь Североатлантический альянс нашел свое место и в Южной Атлантике.