Павел Иванов
Ровно год назад Киев объявил войну собственному народу, назвав ее красивым словосочетанием "антитеррористическая операция" — АТО. Как утверждалось, против "российских террористов" и "пророссийских сепаратистов". На деле вышло – против детей, стариков и бывших шахтеров, взявших в руки оружие для защиты своих домов и семей от потерявших человеческий облик карателей.
До начала боевых действий Донбасс просил об одном – сделать Украину нормальным федеративным государством. И жить вместе дальше. Но киевские политиканы, пришедшие к власти на гребне Майдана, рассудили по-другому, выполняя установки заокеанских кураторов и западно-украинского электората, пораженного бациллой национализма. Они приняли решение уничтожать всех инакомыслящих, а тем паче тех, кто смеет думать, что Россия – братская страна. В новой "европейской Украине" это "преступление" карается смертью или тюрьмой. Объявил о начале АТО тогдашний и.о. президента, спикер Рады Турчинов по прозвищу "Пастор" — за его, как некоторые утверждают, давнюю приверженность к одному из нетрадиционных ответвлений христианства. Вот, видимо, к нему и будут у украинцев рано или поздно основные вопросы.
Их накопилось немало. За год применения армии, нацгвардии и многочисленных добровольческих батальонов, состоящих из откровенных неонацистов и карателей по найму, Донбасс подвергся чудовищным испытаниям. Погибли многие тысячи человек (немецкая разведка говорит о 50 тысячах погибших, что не выглядит совсем уж фантастично), в руинах лежат города и села, разрушена инфраструктура региона. Но главное — между людьми, живущими на востоке, с одной стороны, в Киеве и на западе страны — с другой, пролегла духовная, политическая и идейная пропасть, которую нынешнее поколение уже вряд ли преодолеет.
Одни считают, что георгиевская ленточка – это символ победы над нацизмом. И продолжат так считать даже под дулом автомата. Другие говорят о своей национальной исключительности и ненависти к России и к нашей общей истории. Правда, никакими аргументами: а чем, собственно говоря, в мировой истории так прославилась великая украинская нация, что такого особенного она дала человечеству, эти люди не располагают. Не предъявляют человечеству украинских Ломоносовых и Шекспиров. Но зато компенсируют эту манию внезапно возникшего величия, перемешанную с осознанием, видимо, некой своей неполноценности, с помощью жестокого, необъяснимого с точки зрения нормальных людей насилия.
Донбасс уничтожали всеми видами оружия, использовали запрещенные международными конвенциями боеприпасы, его мирных жителей расстреливали только лишь по подозрению в том, что они симпатизируют идее федерализации. Местные старики, месяцами сидящие в подвалах, говорят, что таких зверств не творили даже гитлеровцы. Но киевская пропаганда всей остальной Украине продолжает внушать, что идет священная борьба за самостийность и рождение новой национальной идентичности. Этот путь уже завел страну в тупик, поставил ее на край экономической пропасти и окончательного распада. Война в Донбассе показала, что "Єдина Країна", как говорят ее идеологи, на самом деле совсем не едина. Это лоскутное государство, искусственно сформированный проект, который цементировать может только мудрая и взвешенная политика. Майдан же исключил всякую взвешенность, дав волю экстремизму.
Теперь остается два пути. Либо такие, как Турчинов, окончательно превратят Украину в одну большую секту, которой не нужно ничего, кроме поучений ее горе-пастырей. Отчасти, увы, это уже удалось при помощи телезомбирования. Либо украинцы, наконец, поймут, где засел их настоящий враг. И что подлинная суверенность и независимость – это не ненависть к России и слепое поклонение Западу, а нечто другое, более сложное и конструктивное. В этом случае на территории Украины больше не будет никаких АТО, а высокие киевские кабинеты захлопнут свои двери для бандеровцев, хитромудрых олигархов и штатных сотрудников западных спецслужб.
