Автор Мария Балябина
В марте США и Европа затеяли санкционную гонку. Все началось с того, что Барак Обама утвердил "черный список" российских политиков. И понеслось – Вашингтон и Брюссель наперебой объявляли о новых персонах нон-грата и говорили об экономических санкциях. Эта истерия продолжалась до тех пор, пока Москва не ответила. И теперь, когда Европа столкнулась с собственными убытками, многие страны ЕС уже не рады, что ввязались в эту борьбу. О том, что многие в Европе хотят как можно скорее выйти из этой ситуации, говорил недавно Владимир Путин. Именно это позволит избежать новых ненужных потерь и, наконец, начать взвешенный диалог.
"Что имеем – не храним, потерявши – плачем". Европа, придумывая все новые "черные списки" и экономические меры давления на Россию, похоже, совершенно не задумывалась о том, насколько тесны ее связи с Россией. Понятно, что давлению Вашингтона противостоять довольно сложно. О том, почему вместо взрослого и спокойного диалога администрация Обамы избрала метод санкций, можно построить множество гипотез. Неизвестно, сыграло ли решающую роль в принятии этого решения желание поссорить Россию с ЕС, лишить Европу российского газа, чтобы взамен она получала дорогой сжиженный американский, или же это просто была первая реакция на жесткую позицию Москвы в отношении украинского кризиса.
Сейчас, когда толком никто и не помнит, с чего все началось, причины отходят уже на второй план – нужно сначала разобраться с теми последствиями, к которым привели санкции. Понятно, что такие меры, если и могут повлиять на политическую позицию, то лишь такой страны, которая изначально была зависима от Запада. Россия же вполне сможет справиться с происходящим, без существенных потерь. Гораздо сложнее придется маленьким европейским странам, которые зимой частично или полностью обогреваются российским газом. Не зря их санкции имеют срок годности – до наступления холодов. Некоторые, например Дания и Финляндия, уже заговорили о том, что новых санкций не нужно, а старые нужно скорее отменить. И какое отношение все это имеет к украинскому кризису? Ведь именно он стал поводом санкционной войны. Говорит политолог Центра ситуационного анализа РАН Сергей Уткин:
"Санкции – это, скорее, побочный момент. Та ключевая задача, которую нужно решать, — выход из украинского кризиса, то есть прекращение боестолкновений. И понятно, что на фоне ситуации, где реально гибнут люди, все наши продуктовые и прочие несчастья весьма относительны. Так что, и с тем, что у нас возникает в части продовольственных проблем, и с тем, что касается ограничений для российских финансовых организаций, которые накладывает Евросоюз, вполне можно жить, это не повлияет на политику".
Более того, парадоксальным образом санкции повлияли на климат внутри самой страны. Несмотря на то, что западная пресса обвиняет Россию во всем, что происходит на Украине, россияне продолжают помогать Донбассу: собирают гуманитарную помощь и принимают у себя беженцев. Но, кроме эмоционального единения, санкции могут дать стимул и развитию собственного производства, говорит политолог, исполнительный директор Института политических исследований Григорий Добромелов:
"Это — окно возможностей. Нынешняя ситуация, как и ситуация 1998 года с падением рубля и дефолтом стимулировала российскую экономику к развитию. Так же и сейчас – внешние санкции могут стимулировать российскую экономику. Главное – эффективно воспользоваться. Западные санкции для нас не настолько опасны, как думают на Западе. Но все будет зависеть от эффективности российской политики".
Да, Вашингтону и Брюсселю не удалось изменить позицию России, и изолировать ее от внешнего мира. Но санкциям и российской реакции на них удалось встряхнуть мировую экономику и политику. Попытки Запада ограничить взаимодействие с Россией обнажили самые слабые стороны и самые значимые аспекты этих отношений, и в очередной раз продемонстрировали, что в условиях глобализации изоляционная политика просто невозможна.