Автор Карина Ивашко
Смерть и разрушения: в 21-м веке человечество пожинает эти страшные “плоды” войны. Страдают не только люди – под угрозой оказывается и то бесценное культурное наследие, без которого немыслима история народов и стран. В арабском мире после Афганистана и Ирака под ударом оказалась Сирия, которую называют “музеем под открытым небом”. С начала военного конфликта в 2011 году в стране уничтожены и разрушены уникальные памятники мировой цивилизации.
Культурное наследие Сирии поистине бесценно. Страна изобилует сокровищами, доставшимися ей от разных эпох. И это достояние всего человечества, напоминает научный сотрудник Центра арабских исследований Института востоковедения Российской академии наук Борис Долгов:
“Сирия – уникальная страна. Страна, где соединились несколько культур. Это культура и Средиземноморья, культура арабского мира, Византии, цивилизаций, которые существовали до Византии. И все они оставили следы своего пребывания на территории Сирии. И то, что продолжается военный конфликт, наносит непоправимый ущерб не только сирийской культуре, сирийским музеям, памятникам архитектуры, но и мировой цивилизации. Они ведь принадлежат всему человечеству! И многие находились под охраной ЮНЕСКО, но это не спасло их от варварских действий”.
В самом начале конфликта ЮНЕСКО предупредила сирийские власти о необходимости беречь культурное достояние. Но, увы, когда страна находится в состоянии гражданской войны, противостоять боевикам и мародерам отнюдь не просто. Тем более, что бандиты, по сути, берут эти самые памятники в заложники, сказал в интервью “Голосу России” востоковед, политолог Леонид Исаев:
“В ходе событий в Сирии фактически был уничтожен исторический центр Хомса, пострадал исторический центр Хамы. Но почему, например, так долго не могли освободить тот самый Хомс от террористов? Потому что они прятались от правительственных войск в историческом центре. А войска получили распоряжение провести операцию так, чтобы не пострадали памятники культуры. И бандиты этим пользуются. И памятники архитектуры, искусства так или иначе становятся мишенью”.
Первые города на этой земле появились еще в четвертом тысячелетии до нашей эры на основных торговых путях Древнего мира. Дамаск, появление которого ученые относят к 16 веку до нашей эры, — древнейший город на планете. Там торговали еще древние финикийцы, египтяне и греки. Сегодня треть сирийских музеев разграблена. Артефакты, найденные за 150 лет раскопок, распроданы на черных рынках. И, возможно, утеряны для человечества навсегда. Частично или полностью в Сирии разрушены 11 некрополей, относящихся к римской эпохе, временам раннего христианства и арабского Халифата. В городе Алеппо разрушена крепость 10-го века, построенная первым правителем династии Хамдамидов, мечеть 9-го и рынок 13-го веков, уничтожены греко-римские поселения. В списке невосполнимых потерь и церковь крестоносцев в замке Крах де Шевалье в Хомсе, который внесен в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Собеседник “Голоса России” Леонид Исаев вынужден констатировать, что события, которые происходят на Ближнем Востоке в целом, демонстрируют неуважение Запада к арабской и доарабской культуре:
“Давайте вспомним ту же самую Вторую мировую войну. Мы помним, что немцы старались определенные памятники на территории Советского Союза и европейских стран, на которые они нападали, сохранить. Со стороны натовских войск, когда они бомбили Ирак, и со стороны повстанцев сирийских, которые также поддерживаются Западом, мы такого не наблюдаем, потому что, скорее всего, культурное наследие Ближнего Востока для европейцев таковым не является. Они его, с моей точки зрения, вообще не расценивают как часть мировой культуры. То есть тут имеет место культурный нигилизм”.
Эксперт-востоковед Института стратегических оценок и анализа Сергей Демиденко считает, что этот вопрос уходит корнями в разницу культур. Значение имеет и уровень образованности тех, кто осуществляет военные действия. К сожалению, жизнь показывает, что эти люди не благоговеют перед древностью и на чужих территориях действуют либо согласно психологии завоевателя, либо как военные технократы новейшего времени, подверстывая свои воззрения под конкретные нужды.