Сегодня парламент страны должен принять закон о так называемом "финале жизни", который позволено будет избрать больным с неизлечимым недугом, перешедшем в терминальную стадию.
Речь идет – и де-факто, и де-юре – об оказании врачебной помощи в совершении самоубийства. Хотя летальную инъекцию, точнее, на кнопку капельницы со смертельной дозой снотворного нажмет сам пациент (или сама пациентка), присутствие врача при этом акте будет обязательно.
Чтобы осознать, насколько описываемое противоречит всему фундаменту французской культуры, стоит заметить, что такой важнейший в прошлом общественный институт, как католическая церковь, да и представители иных религий, были выведены за пределы дискуссии. Им просто не дали ни места, ни времени для высказывания. Потому что, понятное дело, как к подобному нарушению цивилизационных норм могли отнестись служители культа.
На месте тех, кто лечит душу, проповедуя и утешая, появились иные персонажи. Это социологи, психологи и, разумеется, известные деятели богемы. Они публиковали открытые письма, ссылаясь на примеры из собственной жизни, что "необходимо ускорить принятие столь важного документа". "Терпеть мучения, финале которых известен", сил больше нет, – писали они.
О документе и о том, что "Франции необходимо подумать над легализацией эвтаназии", впервые заговорил еще не президент, но кандидат на высший пост в стране Эммануэль Макрон. Легализация ассистированного (назовем это так) самоубийства была частью его предвыборной программы. Он вбросил эту тему в публичное пространство.
Восемь лет назад страна и ее политический ландшафт были настолько иными, что многие вообще на этот пункт не обратили внимание. Всех интересовала экономика, снижение уровня безработицы и прочая конкретика. Тогда система национального здравоохранения еще функционировала: количество койко-мест в больницах соответствовало нуждам общества, не было и дефицита лекарств, были в достаточном количестве и врачи, и медсестры.
Сегодня, в момент голосования, количество койко-мест уменьшилось на десятки тысяч, и ежегодно к этой цифре прибавляется еще примерно пять тысяч коек. Никакая пандемия не заставила власти хотя бы подумать о том, что следует изменить столь разрушительный для здравоохранения вектор.
Не менее важно, что те же власти, выбрав увеличение продолжительности жизни как важнейший ориентир, технично забыли, что возраст, когда сильно за восемьдесят, практически всегда сопровождается тяжелыми недугами. А их требуется лечить, как и тратить время и деньги на выхаживание престарелых пациентов.
В результате получено было вот что.
Средств, ассигнованных на лечение в стационаре, становится все меньше, нет в достаточном количестве младшего медперсонала, сложная ситуация с медикаментами для лечения "хроники". Выход был найден. Предоставляя легальную возможность для "ассистированного" самоубийства, сегодня французское государство получает возможность сократить траты на лечение. Латание бюджетных дыр, а не "акт гуманизма".
И это все, что требуется знать о законе, который принимается сегодня французским парламентом.
Такого Telegram-канала, как у нас, нет ни у кого. Он для тех, кто хочет делать выводы сам.