С третьим будешь. Николас Мадуро переизбрался на новый срок

"Мы не можем озвучивать результаты, но можем показать вам свои лица", – широко улыбаясь, позволил себе спикер парламента и глава предвыборного штаба Николаса Мадуро Хорхе Родриго опередить события так, чтобы никто не придрался. Объявлять итоги голосования здесь уполномочен только Национальный избирательный совет, а власть, как подчеркнул соратник президента, даже в такой радостный момент, когда все позади и уже не надо ни перед кем рисоваться, "уважает законы и конституцию Боливарианской Республики". В ней же тем временем еще продолжался подсчет бюллетеней.

И в Буэнос-Айресе у посольства Венесуэлы в ожидании развязки еще бесновалась толпа, в которой мелькали министры Хавьера Милея. Ничуть не сомневаясь в провокационности их намерений, Каракас предупредил соседей о жесткой реакции в случае вторжения на территорию дипмиссии. Предостережение казалось вполне резонным, поскольку Аргентина агрессивней прочих противилась переизбранию Мадуро. Во-первых, ее президент возомнил себя главным на "заднем дворе США", угадывающим все желания гегемона. Во-вторых, он люто ненавидит социалистов. Наконец, так называемый "реальный соперник Мадуро" Эдмундо Гонсалес из правых.

По сути, это – "Милей на минималках", так как при том же стремлении подчинить страну Вашингтону он не столь отъявленный. Даже по сравнению с Хуаном Гуаидо. Если кто-то еще помнит такого. В Венесуэле, например, о нем уже забыли. Причем и в оппозиции тоже, ибо не оправдал. А как дышал, как дышал… Но Штаты проект закрыли за недостаточностью перспектив, а публичное участие в судьбе следующего антиправительственного кандидата свели лишь к угрозе "скорректировать санкционную политику в отношении Венесуэлы в зависимости от того, как пройдут в ней президентские выборы".

Прошли. Как по маслу. Для Николаса Мадуро это была первая избирательная кампания, проведенная в более или менее комфортных условиях. В 2013-м, после смерти Уго Чавеса, ему пришлось выгрызать победу у представителя оппозиции, от которого он оторвался всего-то на полтора процента. Спустя шесть лет ему "подложили" Гуаидо, навязав противостояние, которое едва не закончилось горячей фазой. Пусть и сейчас, тоже, как заявили в правительстве, не обошлось без "попытки вмешательства ряда иностранных государств", но в их числе не упомянуто то, от которого только того и ждут.

Потому что не до Венесуэлы ему теперь. Ему бы в выборы в своей стране вмешаться. Впрочем, при Байдене Белый дом и прежде не особо свирепствовал, стараясь даже задобрить Каракас ради его нефти. Не сказать, что успешно, но Мадуро и поэтому тоже мог уверенно взирать с высоты своего положения на километровые очереди к избирательным участкам, не сомневаясь, что эти выборы, как он говорил, станут "праздником мира и суверенного решения". Желающие испортить его, само собой, найдутся, но когда это ему мешало. Ведь кулаки он и после победы в драке не разжимает.