Ефремов Михаил Григорьевич (1897 –1942): генерал-лейтенант (1940), Герой Российской Федерации (1996, посмертно).
Медаль "Золотая Звезда"
Михаил Григорьевич родился в 1897 году в городе Тарусе, прапорщиком участвовал в Брусиловском прорыве во время Первой мировой войны. В годы Гражданской успешно воевал на Кавказе, за что был награжден орденом Красного знамени Азербайджанской ССР № 1. В 1938 году Ефремов был арестован по подозрению в связях с "врагом народа" М.Н. Тухачевским. Считается, что от расстрела его спас А.И. Микоян, с которым они когда-то воевали на Кавказе. Бывший однополчанин, к тому времени высоко взлетевший по партийно-государственной лестнице, сумел устроить допрос Ефремова в присутствии Сталина, после чего первый орденоносец Азербайджана был оправдан и освобожден.
В октябре 1941 года Ефремов был назначен командующим 33-й армией, перед которой была поставлена труднейшая задача – ликвидация Наро-Фоминского прорыва. Армия Ефремова сорвала вражеское наступление, уничтожив большое количество немецкой техники и тысячи гитлеровцев, освободила Наро-Фоминск, Боровск, Верею. Ефремов получил приказ Г.К. Жукова взять Вязьму, чтобы окружить большую группировку вермахта. Однако у командарма не было для этого нужных сил и средств. Продвигаясь вперед и не получая подкреплений, армия Ефремова неизбежно оголяла фланги. И в итоге в начале 1942 года уже советские войска оказались в плотном фашистском окружении.
Руины города Вязьмы после боев за освобождение от немецко-фашистских захватчиков
Что ж! Необходимо признать, что на начальном этапе войны многие впоследствии прославленные советские военачальники допускали серьезные просчеты и ошибки. Но главное в том, что они быстро научились извлекать бесценные уроки из своих ошибок. Лишь горький и кровавый опыт, полученный в боях против самой мощной на тот момент армии мира, позволил нашим полководцам разгромить ее.
Ржевско-Вяземская операция 1942 года, ее цели были во многом ошибочны и трудноисполнимы. Следствием этих просчетов и стало, в частности, окружение армии Ефремова. Г.К. Жуков поначалу, в сердцах, возложил всю ответственность за неудачу на командарма. Но надо отдать должное Георгию Константиновичу – позднее он признал, что эта была общая ошибка советского военного руководства, заключавшаяся в переоценке своих возможностей и недооценке сил противника. А Ефремова Жуков назовет "талантливым и храбрейшим военачальником", "дравшимся как настоящий герой"...
Из-за этих самых просчетов группировке Ефремова долго не отдавали приказ прорываться к своим. В Ставке все еще не теряли надежды исправить положение. А когда, наконец, был отдан приказ о прорыве из кольца – было уже слишком поздно: у Ефремова не было на это сил.
Маршал Советского Союза Георгий Жуков
Это прекрасно понимали враги. 3 апреля 1942 года немецкое командование предложило Ефремову и его группировке капитулировать. В тексте ультиматума много чего было сказано: "Германский солдат и германское руководство питают уважение к мужеству окруженной 33-й Красной армии... Эта армия храбро сражается... Генерал Ефремов!.. В благодарность за вашу храбрость вам будет устроен Военный трибунал... Жизнь всех командиров и красноармейцев будет гарантирована" и т.д., и т. п.
Девятого апреля 1942 года в расположение 33-й армии прибыл связной самолет. Генералу Ефремову наше руководство предложило эвакуироваться, сдав командование кому-нибудь из своих подчиненных. Из этого умудренный опытом Михаил Григорьевич сделал вывод: командование не видит шансов спасти армию. Однако генерал сказал как отрезал: "Я сюда с солдатами пришел, с солдатами и уйду".
А 19 апреля 1942 года Ефремов во время боя получит три тяжелых ранения и, не желая попасть в плен, застрелится. Его тело первыми обнаружили немцы. Надо отдать им должное: они с воинскими почестями похоронили мужественного командарма. Немецкий генерал во время церемонии сказал своим солдатам: "Сражайтесь за Германию так, как сражался Ефремов за Россию".
Впрочем, многие солдаты вермахта уже тогда, в глубине души, понимали – русский солдат им не по зубам. И это не преувеличение. Так оно и было на самом деле. Немецкий танкист-ас Отто Кариус, с 1941 по 1944 год воевавший на Восточном фронте, а в 1944-1945-м – против англо-американских войск, в своих мемуарах "Тигры в грязи" сделает вывод, который неплохо бы прочитать и нынешним бравым генералам Пентагона: "В конце концов, пятеро русских представляли большую опасность, чем тридцать американцев". И о Западном фронте отдельно: "Мы привыкли к противнику такому как русские; мы были поражены контрастом. За всю войну я никогда не видел, чтобы солдаты (в данном случае – американские, – мое прим.) разбегались так, что только пятки сверкали, хотя даже, по существу, ничего особенного не происходило".
Андрей Власов
На могиле Ефремова немцы установили табличку с русским и немецким текстом...
А вскоре после гибели командарма недалеко от Великого Новгорода сдастся в плен А.А. Власов, командующий 2-й ударной армией, также попавшей в окружение... Кстати, сейчас некоторые западные, да и наши особо "продвинутые" историки и политологи пытаются состряпать из Власова героя. Ну да, воевать против собственного народа в составе иноземных оккупантов – это, конечно, считается в истории "высшей доблестью". Только тогда назовите мне народ, который "по достоинству" оценил такой "подвиг" Иуды.
В 1943 году останки Ефремова были торжественно перезахоронены в Вязьме. А сразу после войны в разрушенном городе воздвигли памятник командарму работы скульптора Е.В. Вучетича (автора монумента "Родина-мать зовет!" на Мамаевом кургане). Среди вяземцев до сих пор жива легенда, что материал для отливки памятника собирали прямо на улицах – отстрелянные гильзы. На постаменте выбита надпись: "Вечная слава героям, павшим в боях за свободу и независимость нашей Родины".
Автор Владимир Бычков, радио Sputnik
Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен и присоединяйтесь к нашему Telegram-каналу.